Сегодня исполняется
170 лет со дня рождения российского
императора Александра III.
Что мы
знаем о нем? Не так уж и много.
Хороший
семьянин.
Миротворец.
При нем Россия впервые не вела никаких
войн.
Автор
бессмертной фразы: «У России только два
союзника — армия и флот».
Судя
по фото Александр был еще и франтом. Вот
собственно и всё.
А для
желающих узнать больше есть приятный
сюрприз. В библиотеку поступил новый
номер журнала «Родина», полностью
посвященный эпохе правления АлександраIII. Дайджест
самых интересных статей из него будет
опубликован в ближайшее время.
Сегодня
же мы хотим рассказать об Александре,
отлитом в бронзе. А именно — о памятнике
царю-миротворцу в Санкт-Петербурге,
оставившем своеобразный след в русской
литературе.
Установка
памятника Александру Третьему была
инициирована Николаем Вторым и членами
царской семьи. Предпочтение было отдано
модели скульптора Павла Петровича
Трубецкого.
Позировал для
памятника императору фельдфебель
дворцового ведомства П. Пустов, обладающий
большим внешним сходством с императором.
Для фигуры лошади был выбран скакун
породы першерон — тяжеловесный и
массивный, как раз под стать фигуре
императора.
Бронзовую статую
итальянский литейщик Э. Сперати отливал
по частям: фигуру АлександраIII - в
мастерской литейщика К. А. Робекки, коня
- на Обуховском сталелитейном заводе.
Постамент был сделан по проекту
архитектора Шехтеля Федора Осиповича из
валаамского красного гранита.
На лицевой стороне
постамента памятника в Санкт-Петербурге
выбили надпись: «Императору Александру
III державному основателю Великаго
Сибирскаго пути».
Торжественное
открытие памятника Александру Третьему
состоялось 23 мая (5 июня) 1909 года.
Петербуржцы
довольно неоднозначно отнеслись к
памятнику Александру Третьему. По их
мнению, изображение императора грузно
сидящим на тяжелом коне являлось насмешкой
над Российским самодержавием. И,
действительно, в таком образе нет ничего
героического, великодержавного и
помпезного. Нет того, к чему привыкла
публика. Нет грации и мощи всеми любимого
«Медного всадника».
Неоднозначное
отношение к памятнику как членов царской
семьи, так и рядовых петербуржцев породило
множество различных высказываний и
насмешливых стихов. Но пожалуй самой
известной стала не вполне приличная
эпиграмма А. Рославлева:
"Третья дикая
игрушка
Для российского холопа:
Был
царь-колокол, царь-пушка,
А теперь
ещё царь-..."
Упоминал памятник
в своем стихотворении «Три кумира» и В.Я. Брюсов:
"… на коне тяжелоступном,
В
землю втиснувшем упор копыт,
В
полусне, волненью недоступном,
Недвижимо,
сжав узду, стоит".
А вот что писал
в «Записках старого петербуржца» Л.В. Успенский: «Посреди площади лежал огромный,
красного порфира параллелепипед, нечто
вроде титанического сундука. И на нём,
мрачно проступая сквозь осенний питерский
дождь, сквозь такой же питерский знобкий
туман, сквозь морозную дымку зимы или
её густой, то влажный, то сухой и колючий,
снег, упершись рукой в грузную ляжку,
пригнув чуть ли не к самым бабкам огромную
голову коня-тяжеловоза туго натянутыми
поводьями, сидел тучный человек в одежде,
похожей на форменную одежду конных
городовых; в такой, как у них, круглой
барашковой шапке; с такой, как у многих
из них, недлинной, мужицкого вида, бородой
— «царь-миротворец» Александр Третий».
После революции
с постамента была сбита прежняя надпись
и вместо нее было высечено четверостишие
Демьяна Бедного «Пугало»:
«Мой сын
и мой отец при жизни казнены,
А я
пожал удел посмертного бесславья:
Торчу
здесь пугалом чугунным для страны,
Навеки
сбросившей ярмо самодержавья».
Памятник Александру
III не раз менял
свое местоположение. Его то убирали в
запасники, то снова выставляли на
всеобщее обозрение. Во время Великой
Отечественной войны в него попал немецкий
артиллерийский снаряд, но он все пережил
и сегодня стоит у входа в Мраморный
дворец Санкт-Петербурга.
Комментарии
Отправить комментарий